Показаны сообщения с ярлыком любовь. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком любовь. Показать все сообщения

понедельник, 25 мая 2009 г.

Как Выгледит Женское подсознание

 
 

Как вы думаете о чём она думает? Когда вот так сворачивается в кресле уютная, мягкая, - загорелая коленка блестит из под вашей старой фланелевой рубашки, волосы чуть-чуть влажные после душа, забытый женский журнал соскользнул с дивана и разбудил мирно дремлющего кота.
О чем она мечтает, где находится её женское подсознание, когда лежит рядом с вами — туманная, еще постанывающая, влажная после любви — и загадочно улыбается? O розовых кущах? O смешных щенках с замшевыми мордочками? O новом платье из залитой зеркалами витрины? O том, как она вас любит?..
И не надейтесь, приятель. Розовые кущи вышли из моды лет триста тому назад, щенков она не переносит на дух — довольно с нее и вашего мерзкого облезлого кота, который изорвал ей все колготки и напрудил отвратительную лужу в ее новенькие замшевые сапожки. Платье? Платье вы ей и так купите — иначе какой от вас прок, а любовь… O любви современные красотки больше не мечтают — они ей занимаются. И при этом прекрасно себя чувствуют. Но если вам и впрямь серьезно приспичило узнать, о чем думают нынешние крошки (и даже лучшие из них!) - что ж, готовьтесь к глубоководному погружению в пучины женского подсознательного. Только не ждите от этого дайвинга ничего хорошего. Ну чтож приступим:

Она раздевает глазами других мужчин

Почему: По той же самой причине, по которой вы пялитесь на ноги шустрой официанточки и заглядываете в недра каждого проходящего мимо декольте.
Когда: Во время скучных совещаний на работе (собственные начальники, даже самые лысые и пузатые, всегда вызывают у девушек тайный трепет — еще бы! - деньги, тайны, власть… А мысленно раздетый начальник — это начальник вдвойне). На пляже (тут и особенно стараться не приходится — кругом и так полно практически голых жеребцов в туго набитых плавках). В общем, везде, где есть хотя бы один мужчина, кроме вас.
Шансы что это произойдёт с вашей подругой: 6 из 10. Женщины любят не только ушами! И глазами тоже.
Повод для беспокойства: Она набрасывается на симпатичного гибедедешника с внушительным жезлом и начинает раздевать его самым натуральным образом. При помощи рук.

Она мечтает о невозможных вещах

Почему: Потому что она — женщина. Это автоматически означает, что в голове у нее — масса свободного пространства, в котором гуляют одинокие сквозняки и бессмысленные фантазии. Вот она от нечего делать и представляет себе, как отдается сразу трем белокурым шведкам на зеленой траве, или совокупляется с угрюмым одноногим негром с тревожно-алым фаллосом, или разнузданно развлекается с бомжами из соседней подворотни, или… В общем, мечтает о всякой дряни — вместо того чтобы вспомнить, куда она задевала вашу лучшую рубашку, или усвоить, наконец, что «Реал» играет не за Англию, а ЗА ИСПАНИЮ, ЧЕРТ ПОБЕРИ!!! ЗА ИСПАНИЮ!!!
Когда: Она думает об этом, когда усердно крутит педали вело тренажера в фитнес-клубе. Когда млеет в ванне, по уши погрузившись в ароматную пену. Когда мечтательно любуется кактусом в керамическом горшке (единственное живое существо, которому удалось выжить в ее доме). Да одним словом — когда угодно.
Шансы что это произойдёт с вашей подругой: 10 из 10. Все они только и делают, что размышляют о всякой дряни.
Повод для беспокойства: Она и впрямь приволокла домой бомжей и хромого афроамериканца, с тревожно-алым фаллосом. Впрочем, это почти невероятно. Фантазии, слава богу, не терпят соприкосновения с реальностью. А эротические фантазии — особенно.

Лёжа с вами в постели, она думает о другом мужчине

Почему: Потому что вы сами, задирая на подружке юбку, думаете о секретарше шефа, грудастой, нахальной девице, которая краснеет от слова «факс» и — из каких-то принципиальных соображений — начисто игнорирует нижнее белье.
Когда: Когда вы двадцатую минуту держите ее в коленно-локтевой позиции на жестком ковре, который следовало бы пропылесосить минимум три недели назад. Или нудным голосом объясняете, что женская вагина — источник разнообразных и опасных инфекций, поэтому все ее жалкие попытки склонить вас к куннилингу бессмысленны и бесперспективны.
Шансы что это произойдёт с вашей подругой: 10 из 10, если вы действительно считаете, что куннилинг — опасен для вашего здоровья.
Повод для беспокойства: Не стоит тревожиться, если, закрывая под вами глаза, подружка представляет себе лицо чужого мужчины. Гораздо хуже, если, открывая их, она видит вполне реальную физиономию собственного любовника, ненароком высунувшегося из шкафа.

Она скучает в вашей постели

Почему: Потому. Задерите повыше ноги, расставьте их как можно шире, водрузите между ними восьмидесятикилограммовый мешок (мешок хорошо бы предварительно набить колючей щетиной и обильно полить пивом) и полежите в таком положении минут тридцать. Скучно? То-то! А ведь мешок еще, по идее, должен мерно подпрыгивать, а вы — в такт ему — сладострастно стонать.
Когда: Когда вам лень тратить время на предварительные ласки, слюнявые поцелуи, недостойные нежности и акробатические этюды. То есть — почти всегда.
Шансы что это произойдёт с вашей подругой: 10 из 10, если вы, конечно, не начнете доставлять удовольствие и ей. Хотя бы иногда.
Повод для беспокойства: Она засыпает ровно через пятнадцать секунд после того, как вы расстегнули ей бюстгальтер. Или наоборот — пулей выскакивает из ваших объятий на едва слышное пиканье пейджера, несмотря на то, что пришло всего-навсего сообщение о погоде на завтра.

Она бы хотела расширить вашу компанию

Почему: Потому что латентных (скрытых) лесбиянок среди женщин гораздо больше, чем тайных гомосексуалистов среди мужчин. К тому же женщины вообще по природе своей испорченны и порочны.
Когда: Когда вы лично (или ваш банковский счет) ей еще не надоели, но совместный секс с вами уже напоминает вышедшее из моды, но едва ношенное платье. И надеть нельзя, и выбросить жалко.
Шансы что это произойдёт с вашей подругой: 3 из 10, если вы благонравный пуританин. И 7 из 10, если вы сами давно мечтаете попробовать двух девчонок сразу.
Повод для беспокойства: Она ложится с вами в постель только в большой компании знакомых, малознакомых и совсем незнакомых вам людей. Так сказать, с группой поддержки.

Ей нравится порно

Почему: Да бог ее знает…
Когда: Когда хочет дать понять вам, что миссионерская позиция — не самое последнее достижение современной сексологии. Или когда хочет увидеть понастоящему большой фаллос. Хотя бы по телевизору.
Шансы что это произойдёт с вашей подругой: 2 из 10. В большинстве своем девушки и впрямь относятся к порнографии довольно сдержанно. Вот эротические романы, где чернокудрый Джон впивается в трепещущие ягодицы белогрудой Мэри сладострастно-девственным поцелуем, - другое дело…
Повод для беспокойства: С обложки очередной купленной вами порнокассетки на вас бесстыжими глазищами пялится ваша собственная подружка в откровенном и бессовестном неглиже. Досмотрелась…

Она занимается мастурбацией

Почему: Потому что это приятно. И вы сами прекрасно это знаете. К тому же многие женщины способны испытать оргазм только при стимуляции клитора, но очень немногие мужчины способны этот самый клитор не только правильно простимулировать, но и вообще найти. Уж больно он маленький и неприметный.
Когда: Когда вы уже порядком подустали, а она все еще на полпути к финишу. Ничего страшного — пусть немного поможет себе сама. Тем более что ласкающая себя женщина выглядит не только привлекательно, но и бодряще — так что вполне возможно, что финальные содрогания вы разделите вместе с ней и более традиционным способом.
Шансы что это произойдёт с вашей подругой: 5 из 10, если в детстве мама говорила ей, что заниматься рукоблудием вредно, и 7 из 10, если она не брала мамины слова в голову.
Повод для беспокойства: Она занимается этим часто, упорно и с остервенением — причем как в вашем присутствии, так и без вас. Это означает либо то, что вы абсолютно не способны доставить ей физическую радость, либо то, что у нее крепко поехала крыша. Советуем сразу выбрать второй вариант — так спокойнее.

Она вам изменяет

Почему: Действительно — почему? Почему ваш отец, возвращаясь домой, совсем не опасался обнаружить в гостиной вашу маму, занимающуюся оральным сексом с небритым сантехником из ЖЭКа? Потому что тогда были другие времена. А современной девице ничего не стоит взять и отдаться любому одушевленному существу мужского пола. Причем даже не из ложного сострадания, а так — из чистой прихоти. Потому что в женских журналах пишут, что от интрижек на стороне укрепляются ногти и улучшается цвет лица.
Когда: Да уж, надеемся, не в вашем присутствии.
Шансы что это произойдёт с вашей подругой: 2 из 10, если вы не отпускаете ее одну даже в дамскую комнату, и 8 из 10, если отпуск и выходные дни вы проводите порознь.
Повод для беспокойства: Она перекрасила волосы, поменяла прическу, резко села на диету и купила в секс шопе белье, состоящее из трех микроскопических нашлепок цвета вдребезги пьяной вишни. Похоже, она не просто изменяет вам, дружище. Похоже, она скоро уйдет совсем.

Она чересчур опытна

Почему: Потому что ее длинные ноги, тонкая талия и наливная грудь нравятся не только вам. Остальные, небось, тоже не дураки.
Когда: До вас. Разумеется, до вас. Все ее сексуальные ошибки, неудачные романы и первые мужья остались в прошлом. В общем количестве 3 (три) человека. А если бы она наверняка знала, что судьба подарит ей вашу любовь, она, конечно, сохранила бы себя в непорочно-первозданном виде.
Шансы что это произойдёт с вашей подругой: 9 из 10. Девственницы нынче — настоящий раритет.
Повод для беспокойства: Никаких поводов. Никакого беспокойства. Поверьте, нет ничего скучнее безуспешных попыток научить бестолковую, неопытную дурочку хорошим постельным манерам. А опытные женщины демонстрируют высший класс в оральном сексе.

пятница, 15 мая 2009 г.

БОЛЬ И ЛЮБОВЬ

 Любовь,- такое простое, известное всем слово. А задумывался ли кто-то над тем, что это слово означает? Думаю, конечно, задумывались. Люди так часто говорят его друг другу. Вот только интересно, что они подразумевают под этим словом? Влечение, привязанность, необходимость близости? Что? А может желание плоти? Так тогда это животный инстинкт, а не любовь. Или животный инстинкт это та самая любовь?
По-моему нет четко сформулированных определений «волшебного слова». Хотя рассуждений по поводу какая любовь может быть, на какие виды она делится более, чем достаточно.
Интересно, а то, что тебе просто нравится проводить время с человеком, тоже считается любовью?
Можно часами разговаривать о том, что такое любовь и в чем ее проявления, но так наверное и не дать четкой формулировки. Есть лишь устоявшиеся мнения ее признаков, но не более.
Издавна говорят только о том, как прекрасно любить и быть любимым и что это самое лучшее, что может происходить с людьми в их жизни. Любовь сильна, вечна, она творит чудеса, будоражит, захватывает, от любви хочется кричать так, что вот-вот лопнешь. И в этом кайф. Допустим это так.
Но если подойти к этому вопросу с другой стороны — если любовь так замечательна, тогда зачем во имя любви люди причиняют друг другу столько боли, зачем сами невыносимо страдают от этой самой боли? Если так, то возникает вопрос — а действительно ли это так прекрасно любить, если столько боли и страданий? Может тогда лучше не любить?
Или именно это и влечет нас, может именно это нам и нравится? Нравится издеваться над собой, над другими, причинять боль, страдать, лить слезы, видеть как плачут другие? Выходит так мы наслаждаемся вкусом любви? Если все эти проявления характеризует наши чувства, мысли, эмоции, желания, напрашивается вопрос — а не жестоки ли мы?
Ведь если проанализировать, то это именно то, что мы чувствуем, что имеет место в наших отношениях и мы говорим при этом «Я люблю»!!!
Боль, страдания, слезы — как неотъемлемая часть «прекрасного»? почему?
Почему именно «отрицательные» признаки в большей степени характеризуют любовь?
А ведь это именно так, могу с уверенностью сказать, что никогда человек не получит большого удовольствия от любви, если в его отношениях не будет переживаний. Таково наше мироощущение. Так мы показываем наше «не безразличие» к человеку. Все эти чувства помогают нам познать себя, свой внутренний мир и мир любимого нам человека. В этом и заключается отношения двух людей. Мучают нас, мучаем мы. Плачут они, а от этого плачем мы. Ведь слезы порождают слезы, а любовь, рано или поздно, порождает любовь!!!!! И снова мы неразлучны с болью, слезами и переживаниями. Замкнутый круг!!!!! Почему так????!!!!!!!!!
Сложно сказать.
Я уже не говорю о безответной любви. Где рвешь и мечешь, и при этом понимаешь, что в твоей проблеме тебе никто не поможет и время тебя не вылечит, а лишь притупит боль и обиду. Как жить человеку, который болен, смертельно болен болезнью, которой нет точного названия?!!! Она лишь характеризуется теми самыми признаками, которые присущи любви. Выходит он болен любовью, то есть «самым прекрасным», что может быть в жизни?!
Рассуждения о любви вечны. Мне кажется, что никто и никогда не даст четкого определения любви.
Мы так и будем жить с болезнью и умирать от нее, и даже не зная как она называется и каковы ее симптомы!

среда, 6 мая 2009 г.

КАК ПЕЧАЛЬНО РАССТОВАТЬСЯ

 

Давно уже, года три назад, не меньше, я увидела эту женщину впервые, выхватила взглядом из группы прихожан ближайшего к моему дому храма. Она выделялась среди них: высокая, с прямой спиной, в строгом чёрном платье. Напоминала то ли дрессировщицу, то ли оперную певицу. Женщина стояла, как натянутая струна, устремив взор к алтарю. Старушки поблизости тоже стали на неё посматривать.

Я не сразу заметила в руках у женщины большой пластиковый пакет в чёрно-золотую полоску. Пакет был, видимо, тяжёлый, и женщина поставила его у ног.

К концу службы она стала тихонько, стараясь не шуршать бумагой, вытаскивать из пакета какой-то предмет. Заметив мой взгляд, она попросила:

— Помогите, пожалуйста. Никак не справлюсь.

[cut Читать дальше…]

Она сказала это, будто извиняясь, сердечно, просто. Мы стали вместе разворачивать бумагу. В ней оказалась ваза. Да, да, большая, тонкого хрусталя ваза, вся какая-то воздушная, искрящаяся.

— Я хочу подарить её храму, — шепнула она. — Но не официально, а незаметно. Посоветуйте, как…

— Поставьте, и всё, куда вам хочется. Кому какое дело.

— Я тогда к этой иконе поставлю, «Споручница грешных». Я её давно искала, и мне подсказали, что есть она в этом храме.

— Жаль, цветов нет, — вздохнула я, — без цветов у иконы…

— Я принесу, я куплю. Хотела сразу, да тяжёлая сумка, неудобно. А вы, может, пока водички нальёте?

Конечно, я сходила за водой. Налила в вазу два больших ковшика. А тут и она вернулась с тремя прекрасными розами на высоких крепких ножках. Розы были красные. Женщина бережно поставила их в воду, чуть-чуть отступила, посмотрела, будто оценивая работу, и только потом подняла глаза к иконе, перекрестилась.

— Вот так, хорошо, — сказала тихо. Вышли из храма вместе.

— Вам в какую сторону? — спросила она.

— Недалеко, за рощу.

— Жаль, мне в другую.

— Я могу проводить вас. Как раз сегодня никуда не

спешу.

— Проводите. И, правда, грех домой торопиться, такой чудесный, такой несуетный вечер.

Несуетный вечер. Мне очень понравились её слова. Их мало, несуетных вечеров, в нашей жизни. Как правило, вечера оказываются без вины виноватыми в наших абы как прожитых днях. Мы накапливаем к вечеру безалаберность своих и чужих поступков, огрехи дня, усталость, раздражительность, неоплаченные ближними счета и превращаем вечера в судорожное латание дыр, в торопливую подготовку к марафону дня грядущего. Но бывают, бывают особые вечера. Они запоминаются, потому что их немного. Они как особой раскраски камушки в ожерелье. Куда-то уходит многозаботливость, остро обнажается смысл нашей маленькой жизни, которой мы живём взахлёб, торопим и подгоняем. Время величественно опускается над нами и дарит нам великодушно мудрость. Ненадолго, всего-то на один вечер, но как он хорош именно этим!

Тот вечер таким и был. Я не спешила, и душа мгновенно настроилась на редкую, высокую ноту, на мелодию чужой жизни. Обычно так: до себя бы. Сегодня: как интересны, как удивительны люди. Мне показалось, что и женщина переживала нечто подобное. Не торопилась и пила по глотку эту неспешность, радовалась каждому медленному шагу по притихшей к вечеру небольшой роще у старой церкви.

— Меня зовут Анфиса. Бабушка настояла, чтобы родители назвали меня именно так в память о её сестре, уехавшей из России в Аргентину. Всю жизнь рвалась обратно — не пускали, так и умерла на чужбине. — Анфиса — это ведь с греческого «цветущая». Бабушка будто знала, что Господь наградит вас красотой. Анфиса улыбнулась. Так улыбаются люди, привыкшие слышать в свой адрес похвалу. Жизнь её мужа, наверное, спокойной не назовёшь. Я сказала ей об этом, она вскинула на меня свои печальные глаза: — Я живу одна и никогда не была замужем… Удивительно. Она не производила впечатления одинокой женщины. Таинственной — да, но только не одинокой. Видимо, моё удивление не осталось незамеченным. Анфиса, она и отчество назвала — Сергеевна, ещё раз грустно улыбнулась.

— Сегодня у меня особый день. Единственный раз в году, когда я позволяю себе говорить о человеке, которого люблю. Вернее, думать о нём с утра до вечера: говорить-то особенно не с кем. А сегодня… Можно я вам про него расскажу?

— Расскажите. Я буду слушать и попробую понять. Анфиса Сергеевна долго молчала. Мы медленно брели по роще, думая о своём.

— Когда я была молодая, то переживала, что у меня нет детей. Теперь вот смотрю на современных мам и не перестаю ими восхищаться — сколько терпения, сил, здоровья надо, чтобы вырастить ребёнка. А ведь у многих не по одному. Как непросто, — Анфиса вздохнула. Она будто раздумывала, не решалась начать разговор о главном. И вдруг сказала тихо, почти буднично:

— А у меня тоже есть ребёнок. Его зовут Георг, он латыш, но говорит по-русски свободно. — И заторопилась, — он очень славный, глаза голубые, весёлый и очень умненький. Уже в пятом классе.

Она стала говорить быстро, будто села на любимого конька. Впрочем, каждая мать всегда с удовольствием рассказывает о своём ребёнке. Вот и Анфиса, наверное, родила поздно, да ещё без мужа, ведь сказала же, что замужем не была.

— Он не мой. Это сын человека, которого я люблю.

Теперь уже мы заговорили о главном.

Как-то раз — ей было тогда восемнадцать лет —родители, оба врачи, пригласили на семейное торжество коллег. Среди них был молодой хирург, только после института. Он увидел Анфису и уже через неделю просил её руки. Родители были не против, но сказали, что решать она должна сама, не маленькая. Анфисе Олег нравился: умён, начитан, хорошо воспитан и старше её на десять лет. Анфису закружила первая любовь. Но скоро Олег уехал на год в загранкомандировку — заработать денег для будущей семейной жизни, и Анфиса через неделю уже успокоилась. «Я не люблю его, я, оказывается, его не люблю…» Да, она ждала любви необыкновенной, знала, бывает так: без любимого человека задыхаются, жизнь скучна, если его нет рядом, а она — она ходила в бассейн, ездила на пикники с приятелями, а ещё сидела за учебниками, готовилась поступать в иняз.

Экзамены в институт Анфиса сдала блестяще. А когда Олег позвонил, поздравил, назвал «моя умница», сказал, что скучает, она решила: пора ему узнать правду.

— Я не буду твоей женой. Я не люблю тебя, Олег.

Кто не ждёт любви в юности? И она ждала. Ждала и прекрасно понимала, что не останется одна, много ещё «Олегов» предложат ей руку и сердце, и она выберет своего, единственного… На курсе Анфиса считалась самой красивой девушкой. Её расположения добивались многие, но она ещё со школы привыкла ловить восторженные взгляды молодых людей.

Со временем, пережив период свадеб своих подруг, она вступила в пору их разводов, так и не создав собственной семьи. Особенно горевали родители: их единственная дочь, красавица, умница и — одна. А нескладные, невзрачные и недалёкие её подруги —все при мужьях, катают коляски в скверах. Анфиса не страдала, понимала, что проблемы, как таковой, не существует, стоит ей только захотеть… Но вот — не хотела. Вернее, хотела. Любви. Той самой, необыкновенной, о которой мечтала девочкой в старших классах.

А годы, они бегут себе под горочку и бегут. И Анфисины бежали. Сначала умер отец, так и не дождавшись внуков, потом угасла не перенесшая утраты мама. Одиночество навалилось сразу. И тогда Анфиса решилась. Она уже работала в большом проектном институте переводчицей французского, много ездила. «У вас прекрасные внешние данные…» — любил повторять ей начальник и охотно отправлял в самые ответственные поездки. Она сопровождала иностранные делегации, переводила на деловых встречах, шеф несколько раз брал её с собой во Францию, но ни разу, надо отдать ему должное, не претендовал на близость — был стар и мудр, понимал, что роль карманной переводчицы не для Анфисы. Но зато остальные… Она хорошо изучила сценарий каждой своей командировки. Когда она переводила, то невольно наталкивалась на особый, «специфический», мужской взгляд. Было в нём откровенное рассматривание красивой женщины, приценивание к ней. Потом, как водится, незатейливый комплимент. Звонок в номер. Сейчас он пригласит её в театр, потом в ресторан поужинать.

— Не сочтите за дерзость, но сегодня премьера, мне оставили два билета.

— Простите, мой вечер занят…

— Но мог бы я надеяться…

Набор дежурных фраз. Анфисе было скучно слушать их, и она научилась вежливо отказывать. А тут не отказала. Человек этот уже несколько раз приезжал к ним в институт из Парижа. Был он русский, эмигрант в третьем поколении, предприимчив, богат. Он тоже начал с того, что пригласил её поужинать. Она надела своё чёрное бархатное платье, ниточку жемчуга. Подошла к зеркалу, на неё смотрело красивое лицо решившейся на всё женщины. Он довезёт меня до дома. Я приглашу его на чашечку кофе… Нет, не пригласишь. В глазах женщины, в которые она пытливо всматривалась, не читалось волнения. Приглашу!

Он вошёл в квартиру и уже в прихожей, помогая ей снять плащ, задержал руку на её плече. Она не отстранилась…

Утром она проводила его до двери, подставила щёку для поцелуя. Помахала с балкона… Всё. Больше он сюда не приходил. Она научилась ограждать себя от поклонников, оградила и на этот раз. Наверное, тот респектабельный мужчина был женат, она и не претендовала на него, просто хотела проверить себя, понять, смогла бы она отступиться от мечты о большом, настоящем чувстве. Оказалось — нет. А раз так, зачем стремиться к тому, к чему нет желания? Должна ли она кому-нибудь, спросит с неё кто-нибудь за то, что не захотела размениваться?

Мы бродили по одной и той же тропинке. Доходили до крайней берёзки и, не сговариваясь, поворачивали обратно. На другом её конце был небольшой прудик, за которым рвалась к небу маленькая церковная колокольня. Получалось — церковь была то впереди нас, то оставалась за спиной, так и ходили.

Она поехала отдыхать на Рижское взморье, знакомые дали адрес в Юрмале: можно поселиться недорого. Жила, наслаждалась покоем, дышала особенным балтийским воздухом, пила кофе в маленьком ресторанчике на берегу.

Он сел за столик напротив, седой человек с утомлённым бледным лицом в спортивном тёмно-синем костюме, белых кроссовках. Она вдруг почувствовала к нему жалость. Он жадно выпил стакан минеральной воды, откинулся на спинку стула, тяжело вздохнул.

— Вам плохо? — она участливо поднялась навстречу.

— Сердце прихватило, — сказал он глухим голосом.

— Я сейчас, у меня с собой валидол, — Анфиса открыла сумочку, щёлкнула замком косметички.

Мужчина послушно взял из её рук таблетку. Она вернулась за свой столик, а он сидел, отвернувшись к морю, молчал. Потом подошёл к стойке, купил коробку конфет:

— Это вам за моё спасение. Очень вам благодарен, отпустило. Можно мне присесть с вами?

Они стали говорить о капризной погоде, о том, что отдыхающих здесь стало совсем мало. Оказалось, Петер художник, всю жизнь прожил в Юрмале, у них с женой маленький сын, Георг. Поздний ребёнок — детей долго не было.

— У меня замечательная жена, она работает в библиотеке. Георга обожает, да и как его можно не обожать, — он полез в карман, открыл бумажник. —Посмотрите, это наше солнышко, — с маленькой фотокарточки смотрел озорной мальчик с пухлыми губами, очень похожий на отца.

— Папин сын.

— Правда? Вы в самом деле считаете, что он похож на меня? — Петер обрадовался, благодарно посмотрел на Анфису.

— А у меня нет детей, — вздохнула она.

— Не теряйте надежду, у жены тоже долго не было. Я её столько по врачам возил, помогло. В Москве есть профессор, хотите, дадим адрес, может, вам с мужем повезёт.

— У меня и мужа никакого нет…

Петер недоверчиво посмотрел на Анфису:

— Такая красивая и одна. Непорядок это… Анфиса засмеялась:

— Была красивая, а теперь женщина пожилого возраста, и детей заводить уже поздно.

— Никогда не поздно, — Петер строго на неё посмотрел. — Знаете, что, я вас со своей женой познакомлю. Она вам понравится, будете вместе на море ходить. А то, что вы одна…

Анфиса легко согласилась. Этот человек удивительно располагал к себе. Он совсем не претендовал на флирт с ней, был прост и искренен.

Они ещё посидели, выпили по чашечке кофе. А наутро прибежал Георг и сказал, что тётю Анфису родители вечером приглашают в гости. Это был чудный вечер. Анна, жена Петера, оказалась полненькой, весёлой хохотушкой. Приняла Анфису как родную. Подкладывала лакомые кусочки, меняла тарелки, тут же показывала альбом с фотокарточками, просила Георга спеть, а мужа поиграть на гитаре. В этой весёлой суматохе чувствовалось, что люди живут счастливо и очень бережно друг к другу относятся. Всё было обыкновенно и славно в этом новом для Анфисы семействе. Она совсем не смущалась, была весела, разговорчива, оставила свой московский телефон, адрес:

— Милости прошу, буду очень рада.

Совсем стемнело, когда Петер пошёл её провожать. Луна поднялась высоко над морем, лёгкий ветерок шелестел листьями деревьев, было прохладно. Они уже отошли недалеко, их догнала Анна.

— Анфиса, возьмите мой плащ. Берите, берите, а то ещё простудитесь. Петер потом заберёт.

Новая дружба крепла день ото дня. Теперь уже Анфиса пригласила их к себе в маленькую мансарду на втором этаже. Хозяева уехали к детям в Ригу, и Анфиса командовала «парадом»: накрывала на стол, пекла блинчики.

Анфисе очень нравилась Анна — своей открытостью, простотой. Немолодая уже женщина, а как девочка чистая, доверчиво смотрящая в завтрашний день. И, конечно, нравился Петер. Выглядел он человеком надёжным. Анфиса была уверена, что Анне с ним очень спокойно. Каменная стена, за которой не надо мельтешить и о чём-то волноваться. А ещё подумала: «Вот такого бы мужа она не оттолкнула, с таким бы жила счастливо». Мысль эта была лёгкой, необременительной. Сначала… Потом ей понравилось об этом думать и представлять Петера в роли мужа. Вскоре поняла: влюбилась. А чуть позже почувствовала другое: Петер тоже неравнодушен к ней. Она приняла это как должное, но тут и испугалась, и обрадовалась.

Что было потом? Что всегда бывает. Ловили взгляд друг друга незаметно от вечно щебетавшей Анны, ждали с нетерпением той самой радостной минуточки, когда Петер отправится провожать Анфису. Шли рядом, как по минному полю. Казалось, чуть оступятся, и будет взрыв. Он сметёт всё вокруг, он закружит их в своём вихре, и они полетят, пропадут под тяжёлыми обломками. Прощались наспех.

…Она вошла в прохладную морскую волну, позволила ей накрыть себя. Плыла медленно навстречу восходящему бледному солнечному диску. Был ранний час, пустынный пляж затих в утренней дрёме. Заплыла далеко, а когда повернула, увидела на пляже одиноко стоящую фигуру. Петер. Высокий, в спортивном костюме. Стоял, глядя в море, ждал её. Анфиса поняла, что силы покидают её. Вышла на берег на слабеющих ногах, попыталась удивлённо улыбнуться:

— Доброе утро! Что-нибудь случилось? Почему ты здесь в такую рань? Он молчал и, не отрываясь, смотрел на неё.

— Петер, что-нибудь случилось? Подошла, набросила халат на мокрое тело.

— Петер…

И — бросилась к нему в объятия. Она не могла, не хотела больше откладывать счастливую минуту… Он целовал её мокрые волосы и шептал прекрасные слова.

Они вернулись с пляжа, когда Анфисины хозяева ещё спали. Не смотря друг другу в глаза, остановились у калитки.

— Я на рынок. Анна просила купить овощей и сыр. Она забралась под одеяло, её бил озноб. И вместе с тем сердце радостно, мучительно и радостно, стучало в груди. Она любит этого самого лучшего на свете человека. Она готова с ним на всё. Она ещё успела бы нарожать ему детей, она была бы кроткой, ласковой, она одарила бы его такой немыслимой, такой великой любовью, о существовании которой он даже не подозревает. Вечером прибежал Георг.

— Мама с папой зовут ужинать. Рыбаки принесли свежей рыбы. Мама просила передать так: «Одна нога здесь, другая там».

Как она переступит порог их дома? Как сделает вид, что ничего не произошло? Переступила порог. И поздоровалась. И в глаза Анне посмотрела. А Анна воскликнула:

— Анфиса, ты бледная сегодня какая-то. Нездоровится? — и тут же громко, — Петер! Принеси-ка градусник, кажется мне, наша Анфиса перекупалась.

Петер вышел на веранду, протянул Анфисе градусник. Ток пробежал от её руки к его, или от его к её, где уж было разобраться. Но нашла в себе силы, отшутилась:

— Я здорова, Анна, не придумывай, не забивай Петеру голову пустяками.

Вечером он довел её до калитки, шепнул:

— Я приду к тебе, когда все заснут. Я тихо, хозяева не услышат, а Анне скажу, что пойду спать в сад.

Она промолчала, только едва заметно кивнула. У неё было часа три до встречи. Раскрыла окно, впустила в комнату дивный аромат ночных фиалок. Села, поджав ноги на кушетку, и… заплакала. Плакала долго, потоки слёз текли по щекам. Она не вытирала их, сидела, устремив взгляд в окно, к темнеющей в саду яблоневой ветке.

Сквозь сердечную сумятицу, трепет, страх, счастье, муку пробралась к сознанию жестокая в своей реальности мысль: сегодня она с ним… попрощается. Таких вечеров, каких могло быть много, не будет, будет только один, вернее, одна сегодняшняя ночь. От неё невозможно отказаться, но она единственная, последняя. Потому что иначе всё тайное скоро станет явным, нельзя укрыться от чужих глаз, от Анниных. И тогда всё — она никогда не сможет приехать сюда, видеть его, а значит, жить. А если он приедет к тебе в Москву? Там так легко, так хорошо можно затеряться. Лукавая мысль быстренько пришла на помощь — не торопись, не рви. Тебе же хорошо с ним, разве не заслужила ты за свою жизнь хоть кусочек счастья? Нет, сказала она себе, увести его от жены она не сможет. Анна любит его, Георг их счастье. Как посмеет она разрушить семью? Не посмеет. Ей никогда не простится это, и она не обретёт счастья на обломках чужого счастья. Петер просто увлёкся ею. Она красивая, она, как вирус в здоровом организме, отболит, отлихорадит. А потом Петер ужаснётся: зачем сделал несчастными дорогих ему людей? А встречаться тайком — эту муку не выдержит она. Сгорит от боли и унижения, не вынесет постыдную ношу. Она скажет ему сегодня обо всём.

Петер вошёл так бесшумно, что она вздрогнула. Он обнял её, почувствовал слёзы на щеках, стал утешать. Она расплакалась ещё горше, а он тихонько гладил её плечи, молчал. И вдруг слёзы враз просохли:

— Петер, уходи. Уходи к жене и никогда, слышишь, никогда не оставляй её даже ради самой красивой на свете женщины. Будь самым лучшим в мире мужем и самым лучшим в мире отцом, а я, я буду любить тебя именно за это. Я хотела бы быть рядом всегда, я ждала тебя всю жизнь, но дождалась поздно. Ничего нельзя изменить. Сохранить тебя я могу только так: глубоко в сердце спрятать все мысли о тебе, запретить вспоминать самое светлое в моей жизни утро на морском берегу. Прости, я не буду твоей любовницей, я разрушу себя этим. И знай ещё: я люблю тебя, и твоего сына, и твою жену, потому что они твоя родня, твоя плоть и кровь, твоё продолжение и твоя сущность, их не отделить от тебя. Давай спасаться от обрушившейся на нас страсти самым верным способом: отсечём себя друг от друга. И таким образом друг для друга сохранимся. Я буду приезжать, мы будем видеться, пить чай на веранде, радоваться, что растёт ваш сын, что Анна здорова и весела. Я смогу сделать так, этого мне будет довольно. Он не перебивал её. Смотрел в ночной сад.

— Я люблю тебя, — выдохнула Анфиса. — Я хотела бы быть матерью твоим сыновьям…

Он обнял её очень сильно, до боли. Ничего не сказал. Ушёл. Она слышала, как хрустнула задетая им в саду ветка, и шаги слышала. Шаги уходящего от неё любимого человека.

…Мы стояли лицом к церкви. Анфиса Сергеевна, всё время торопливо говорившая, замолчала.

— И всё? — спросила я. — На этом всё закончилось?

— С этого всё началось, — улыбнулась она. — Наверное, я изобрела какую-то новую форму любви. Разве можно всё время думать о запретном плоде? Я сделала его… незапретным. Я бываю в Юрмале каждый год, и лучших друзей, чем Анна с Петером, у меня нет. С Георгом — так просто распрекрасные отношения. Его даже отпускали в прошлом году ко мне на каникулы. Мы уж тут с ним зря времени не теряли. А Петер-Петер успокоился. Он любит Анну, я всегда это знала. Его тогда просто слегка «зашкалило». Если бы мы не остановились, быть беде…

Красивая женщина смотрела на меня и смущенно улыбалась. Женщина, которая могла только бровью повести и завоевать любого мужчину. А она всю жизнь ждала настоящего. Но, дождавшись, отсекла от себя ради того, чтобы это настоящее сохранить.

— Да, теперь я знаю, что есть любовь. Она пришла ко мне, она опалила мне сердце. Я пережила то, что многим неведомо, они не подозревают, что такое есть.

Любовь даётся как талант. Иногда как крест. Ей далась, как испытание, она выдержала его, не разменяла, не разменялась. Не каждая женщина способна на такой шаг. Она и любимого человека сберегла от постыдного размена. Сберегла жену его от боли, сына от унижения. Какая умница.

— Нет, когда я вернулась в Москву, воспоминание о той единственной встрече на пляже жгло стыдом.

Никто ничего не узнал, но совесть-то, от неё не утаишь. Вот и стала ходить в церковь, молиться перед «Споручницей грешных». В вашем храме такая чудная икона, захотелось в день рождения Петера сделать подарок — вазу. Вот и цветы поставила. Раз в году я могу себе позволить думать о нём, сколько хочу, а сегодня вот ещё и поговорить. Утомила вас, простите.

Она не утомила меня. Она преподала мне урок, открыв в бездонной человеческой душе новые удивительные грани. Разные есть любовные истории. А эту и любовной-то не назовёшь. В ней грех и чистота, восторг и раскаяние. В ней прекрасная жизнь, не измельчившаяся от угрызений совести. В ней мудрость. В заполош-ности жизненных коллизий так часто нам не хватает именно её. Взять — это наше право. Отдать — обязанность. Анфиса Сергеевна сделала обязанность правом, а право обязанностью. Она приняла любовь, как дар, и бережно понесла её по жизни, боясь потерять. Красивая женщина. Она стала ещё красивее. И здесь, стоя перед потемневшей уже в сумерках церковью в белом кружевном шарфике, с печальными глазами и смущённой улыбкой, она утверждала собой ту редкую красоту, которая высвечивается из самой душевной сути.

Мы расстались, а когда встретились вновь, я почувствовала некую настороженность. Так бывает, когда человек вдруг приоткроет по настроению своё сердце, а потом пожалеет об этом: не надо было, что это я разговорился…. Не стала досаждать. Мы по-прежнему встречаемся глазами и улыбаемся как старые знакомые, но идём после службы в разные стороны. Мне через рощу, ей в сторону пруда. Но в ту ночь я долго не могла уснуть, всё думала о великой и непостижимой силе, которая зовётся любовью, о глубоком смысле этого слова, который открывается немногим.

Наутро пошла в храм. Хотелось поменять воду в вазе. Большая, тонкого хрусталя, она стояла перед иконой «Споручница грешных». В ней три алые розы на высоких ножках. Розы уже слегка подвяли и чуть опустили головки. Они были трогательными, будто три любящих человека, склонившихся друг к другу. Где-то там, далеко, на Рижском взморье, живут три человека и не знают, как сильно любит их удивительная женщина Анфиса.

Я подлила в вазу водички. Может, розы ещё немного постоят.

[/cut]

Как и Куда уходит любовь?

Раз в жизни кого-то полюбив, мы уже не можем разлюбить

Если человек ушел от вас, не факт, что он вас разлюбил. Налицо перемена отношений, а не перемена сердца человека. Вполне возможно, что в сердце любовь осталась.

Более того, я глубоко убежден, что человек никогда не может разлюбить, не дано это человеческому сердцу.

Меняется ощущение этой любви. Меняются отношения между людьми. Но и слава Богу, что они меняются. Потому что развитие человеческой личности, ее духовный путь подразумевают перемены отношений. Из детей мы становимся взрослыми, из взрослых — стариками. То есть, всё идет своим путем, это нормально.

А вот то, что любовь исчезает из сердца, в это я не очень-то верю. Я думаю, что, раз в жизни кого-то полюбив, мы уже не можем разлюбить.

Говорят, полюбить можно только раз в жизни. Это не так. В сердце вмещается много любовей. Но в высшем смысле любовь одна. Это то божественное качество человеческой личности, которое может проявляться к нескольким людям. Это может быть мать, отец, супруг, супруга, дети. У любви нет предела.

Когда Вы говорите: «ушёл любимый человек», то ушел он не от своей любви, он ушел от вас. Значит, что-то в ваших отношениях было для него более мучительно, чем переживание разрыва. Это вопрос взаимоотношений, а не любви. Вполне возможно, что в ваших отношениях было что-то такое, что его пугало, или отталкивало. Что-то, что он не мог принять.

 Например, это могло быть ощущение того, что вы лишаете его свободы, подчиняете себе, вы его если не унижаете, то, по крайней мере, как-то покоряете, заставляете жить по-вашему. Часто у женщин, девушек возникает страх, что избранник подчинит её себе и тем самым нанесёт ущерб её индивидуальности. У неё возникает страх, что её личность растопчут, отодвинут на задний план. Не всякая женщина готова раствориться в личности мужчины, стать его отражением. Да в этом и нет необходимости.

Второй вариант – девушка может испугаться чего-то в самой себе. Того, что вдруг в ней проснется что-то необычное, страшное для неё самой. Часто у женщины бывает страх стать счастливой, если её мать была несчастливой в браке. Такая женщина порой запрещает себе быть счастливой и уходит от того, кто может помочь ей обрести это счастье.

Третий вариант – женщина могла уйти, потому что испугалась того, что придется быть старшей сестрой, нянькой, мамкой для своего мужа. Быть может, она хотела найти в вас покровителя, сильного мужчину, а увидела мальчика, за которым нужно следить, которому нужно помогать. Может быть наоборот: женщина увидела в вас не отца, которого искала интуитивно, как часто женщины ищут в мужчине, а зрелого мужчину, который требует от неё быть женщиной. И она, может быть, не поняла, что быть женщиной намного радостнее, чем оставаться подростком.

Все возможные причины разводов и расставаний трудно перечислить, потому что каждый человек уникален. Как бы то ни было, в произошем разрыве есть и созидательное начало. Может быть, для вас это путь к себе, к открытию себя подлинного. Может быть, эти страдания приведут мужчину к открытию какого-то своего удивительного таланта. Может быть, они приведут его к Богу. А, может быть, для женщины, которая от вас ушла, это была «ложная любовь» (то есть жалость, романтическое увлечение, сострадание). Или для вас это была романтическая мечтательность, а не подлинная любовь. А может быть, всё было правдой. Вам самим предстоит открыть в себе смысл происшедшего…

вторник, 28 апреля 2009 г.

Думаи как хочеш

 Это невозможно…не думать, когда так хочется…Но можно не произносить ничего вслух, а мысли все равно будут разъедать тебя изнутри…что гораздо хуже. Очень сложно иногда бывает освободиться от таких сильных, таких затягивающих и таких ненужных чувств как ностальгия по прошлой любви. Эти чувства не только сами по себе ненужные. Еще больше ненужности им придает тот факт, что ты сейчас с другим. С любимым. Пока еще любимым…В такие моменты не хочется думать ни о чем, кроме ваших отношений. А когда в твою спокойную и такую размеренную жизнь гадкой змеей вползает такое же гадкое ностальгическое чувство, ты понимаешь, что это чувство начинает занимать твои мысли не меньше, чем твой любимый человек. А может быть, даже и больше…Это так неприятно. Так больно. А главное, безнадежно. Загвоздка здесь в том, что ты, возможно, и сама не хочешь возвращения к этим отношениям. Просто ты настолько собственница, что не можешь отпустить даже бывшего парня. Просто ты настолько самолюбива, что жаждешь подтверждения этому со всех сторон, в том числе и со стороны бывшего парня. А вот вопрос: нужен ли он тебе на самом деле? Ответ очевиден. Конечно же, нет. А вот еще вопрос: а зачем вообще следовало затевать этот фарс? Опять же, чтобы потешить свое самолюбие. Чтобы проверить, осталось ли у него что-то к тебе? Если да, то ты с видом самодовольной кошки посочувствуешь ему, и отвернешься. А если нет, то бросишь все силы на его повторное завоевание, не задумываясь не о том, а как же твой теперешний парень, не о том… а что будет после твоей победы?…

среда, 22 апреля 2009 г.

(женские судьбы)

РАЗКАЗ МОЕИ ПОДРУГИ  В ЖЫЗНИ НЕ ВСЁ ТАК ПРОСТО.
 
Я много читала и слышала, когда женщины клеймят позором жен, изменяющих своим мужьям, а уж как достается тем, кто увел мужа из семьи, и говорить нечего. Когда-то и я тоже нетерпимо относилась к самому факту супружеской измены. Может, не ругала вслух, не клеймила позором, но никогда не одобряла, считая, что раз уж ты замужем, то веди себя соответственно женскому долгу.

Но случился в моей жизни такой эпизод, который заставил меня помалкивать, когда обсуждаются подобные темы, и не потому, что я потеряла право кого-то судить, а оттого, что поняла для себя, что в жизни бывает всякое, и такие силы, которые не превозмочь.

Сама я замужем уже 23 года. Семья у нас дружная, мужа я люблю и уважаю. Вырастили двоих детей, а теперь помогаем растить внуков. Казалось бы, жизнь прожита не зря, долг свой выполнила сполна, но когда я думаю о прожитых годах, то в первую очередь вспоминаю не супружескую жизнь, а тот самый эпизод.

Может быть, кому-то он покажется незначительным, или совсем не таким, чтобы его стоило вспоминать столько лет, но для меня это очень важно. Он перевернул всю мою жизнь, заставил на себя по-другому посмотреть, и на других людей тоже, особенно на женщин и их женские судьбы.

Как я уже сказала, семья у нас хорошая, благополучная. Никаких особых проблем в отношениях с мужем у меня не было, если и ссорились, то по пустякам, и так же быстро мирились, а серьезные вещи умели решать сообща. И в супружеских отношениях у нас с ним все было хорошо, хотя сравнивать мне было не с чем – муж у меня был первым мужчиной, и я ему не изменяла.

Тем летом мы планировали всей семьей поехать в Турцию, долго собирались, но мужа отправили в командировку на месяц, и все планы рухнули. Детей я отвезла к родителям, а сама перенесла отпуск, чтобы по приезду мужа отдохнуть вместе с ним. Вечером мне позвонила моя подруга, с которой мы вместе в институте учились. Она сказала, что приехали наши однокурсники, и решено собраться всем вместе. Я тоже с радостью согласилась пойти, тем более, что дома все равно дел никаких, и никто не ждет.

Георгий, Гоша был моей первой любовью. Мы с ним дружили с первого курса и собирались пожениться, но глупое поведение его, взыгравшее самолюбие у меня сделали так, что мы расстались. Он быстро женился на какой-то девушке из другой группы, а я познакомилась со своим мужем. Потом они уехали куда-то, и я до этой вот встречи ничего о нем не слышала и не знала.

Как все произошло, я до сих пор не очень понимаю. Мы удрали с ним из ресторана, проговорили всю ночь, а наутро он меня уговорил уехать с ним хотя бы на неделю к морю. Я до сих пор не могу объяснить, что со мной произошло, но когда я его увидела, словно и не было тех лет разлуки, вся моя любовь к нему просто подступила к горлу, не давая вздохнуть. Это было сильнее меня. И я видела, что он чувствует то же самое… И все так сложилось — и с работой, и в остальном, что я не успела опомниться, как уже сидела в самолете.

Эту неделю я никогда не забуду. Именно тогда я поняла, что такое – быть женщиной, желанной, любимой, обожаемой. Женщиной, которую боготворят, угадывают каждое желание, купают в нежности и любви. Мы купались и загорали, танцевали, пили вино, гуляли и любили друг друга так, словно первые это придумали. Даже сейчас сердце щемит, когда я вспоминаю эти дни. Это было как угар, но такой сильный и волнующий, что ни одной здравой мысли не приходило в голову. Когда пролетела неделя нашего счастья, мы, как в полусне, вернулись.

Конечно, я опомнилась. Проплакала всю ночь и поняла, что ничего у нас не получится: у каждого своя жизнь, семьи, дети, и разрушать все это просто нечестно. Я вышла на работу, а Гоша уехал домой. Когда мы расставались, даже слез не было, такая тупая боль внутри. И еще, я попросила его никогда больше не приезжать.

Это случилось много лет назад. Я столько всего передумала. Честное слово, мне никогда до этого случая и в голову не приходило мужу изменить, другие мужчины меня не интересовали. А тут я словно с ума сошла – так сильно меня потянуло к Георгию, что противостоять я не смогла. Мне кажется, что если б даже муж был дома, то я все равно сбежала бы. Разве что дети у порога смогли бы меня удержать… Так что семья моя на волоске держалась…

Муж, конечно, никогда не узнал и не узнает об этом. Но то, что я как-то изменилась, заметил сразу. Правда, списал это на разлуку – мы так надолго с ним не расставались никогда. Про Гошу однажды бывшая однокурсница обмолвилась, что он с семьей и детьми (их у него трое) уехал в США.

А я с тех пор, когда слышу про чью-то любовь, сразу вспоминаю, как сама тогда весь разум потеряла, справиться с собой не могла, и не осуждаю других. Есть эта неведомая сила, которая сильнее нас, которая заставляет и людскую молву пережить, и угрызения совести – все на свете. А те, кто считает, что все это глупости, просто не пережил ничего похожего. Может, повезло, а может, стоит пожалеть, что не дано. Все от человека зависит.

понедельник, 13 апреля 2009 г.